Глава Следственного комитета при прокуратуре России Александр Бастрыкин предложил снять отпечатки пальцев у всех жителей страны. Кроме того, он предложил брать у всего населения образцы генного материала.
Глава Следственного комитета при прокуратуре России Александр Бастрыкин предложил снять отпечатки пальцев у всех жителей страны. Кроме того, главный следователь предложил брать у всего населения страны и образцы генного материала. Пока это только предложение, но не исключено, что вскоре, получая, к примеру, паспорт, придется сдать слюну и пройти процедуру снятия отпечатков пальцев.
В минувший четверг на расширенной коллегии Генпрокуратуры России Александр Бастрыкин в своем докладе ограничился предложением провести дактилоскопию и геномную регистрацию только жителей Северного Кавказа, дабы таким способом раз и навсегда покончить с терроризмом.
Со стороны населения, усмотревшего в данном предложении чудовищную дискриминацию, посыпались гневные недовольства. Основной пафос сводился к тому, что Северный Кавказ – это часть России, народ этого региона такие же граждане страны, как и все остальные. Но уже на следующий день в официальном тексте доклада Бастрыкина, размещенном на сайте СКП, появились слова и об остальной России: "В целом было бы полезным ввести дактилоскопическую и геномную регистрацию для всего населения Российской Федерации". "И связано это, - говорится далее в документе, - не только с борьбой с преступностью, и речь здесь не идет о тотальном подозрении всех граждан в совершении преступлений, а нужно это в первую очередь для обеспечения безопасности самих граждан".
Следует напомнить, что о необходимости всеобщей дактилоскопической регистрации говорят давно. Но на такой уровень обсуждение этой темы выходит, пожалуй что, впервые. На самом деле, создание банков данных отпечатков пальцев и ДНК действительно способно в разы повысить раскрываемость преступлений. И если пальцы можно скрыть под перчатками, то других следов, пригодных для экспертизы, не оставить на месте преступления практически нельзя. Слюна, пот, волосы.
Однако, единства в обществе по вопросу о снятии отпечатков пальцев и геномной регистрации нет. Председатель думского комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Павел Крашенинников считает, что эффективность уже существующих дактилоскопических банков данных весьма низкая - ведь профессиональные преступники отпечатков пальцев не оставляют. Более того, уже есть технологии, позволяющие оставлять на месте преступления чужие отпечатки. Мало того, г-н Крашенинников считает, что эти мероприятия – попытка ввести презумпцию виновности, то есть буквально каждый гражданин попадает в разряд подозреваемых в том или ином преступлении. Крашенинников также считает, что вполне реально ограничиться совершенными и "простыми" средствами. А именно: установить камеры видеонаблюдения на северокавказских постах, вот и будет ясно, кто, куда проехал и почему пропустили.
А известный юрист, представитель правительства России в высших судах Михаил Барщевский заявил: "С объективной точки зрения эта мера целесообразна и эффективна. Но тут срабатывает наша психология: мы не доверяем государству и не любим, когда нас отслеживают. И в данном случае предстоит принять непростое решение: если мы хотим победить преступность, то нам придется поступиться своими свободами. Я лично совершенно спокойно "сдам пальчики", если придется".Между тем, уже сегодня в России существует перечень лиц, которые в обязательном порядке должны проходить дактилоскопирование. Большинство из них проходят эту процедуру по долгу службы: это военнослужащие, налоговики, пожарные, таможенники, разведчики, милиционеры, сотрудники ФСБ. Также «сдают пальчики» преступники, частные детективы и охранники, беженцы и, наконец - неопознанные трупы.
Российские власти любят ссылаться на зарубежный опыт. Так же поступил и Бастрыкин. В своем выступлении он отметил, что «использование на законодательной основе геномной информации, в том числе в форме создания соответствующих учетов, осуществляется правоохранительными органами Великобритании, США, Канады, Аргентины и ряда других стран».
"Бастрыкин не совсем прав - пишет в своем блоге научный сотрудник из Бостона Олег Полянников. - Ничего подобного предлагаемому СКП в США нет. Наверняка кто-то в силовых структурах хотел бы видеть нечто похожее. Желание облегчить свою работу вполне понятно. Но озвучить такие желания публично невозможно именно потому, что граждане США чрезвычайно внимательно относятся к вопросу сохранения имеющихся у них свобод и удержания мощи государства под собственным контролем. Так что и в США и других странах, приведенных в пример Бастрыкиным, вопрос этот пока что тоже дискуссионный.
Чтобы осознать уровень, на котором идёт дискуссия в США, достаточно знать, что в Америке нет аналога внутреннего российского паспорта. Внутри каждого штата существуют различные формы документов, удостоверяющих личность, но и обладание ими, строго говоря, не обязательно. Не хочу никого вводить в заблуждение. Отсутствие у вас какого-либо документа с фотографией и адресом существенно осложнит жизнь граждан США. В аэропорту документы требуют без исключений, без них нельзя купить алкоголь, да и многие другие вещи вы сделать не сможете на практике, даже если это разрешено в теории. Тем не менее, например, для голосования на любом уровне формальное удостоверение личности не требуется. Можно обойтись счётом за электричество или воду.
Причина, по которой люди так противятся введению единого "внутреннего паспорта" проста. Введение паспорта не придёт само по себе. Вместе с ним придут разнообразные правила его получения, ношения, предъявления и проч. К примеру, сейчас американский полицейский не может попросить у вас на улице документы, ибо нет документа, который вы обязаны иметь с собой. И еще одно. Кто может гарантировать, что как только будет введён подобный документ, полицейские не станут останавливать граждан и требовать предъявить документы? Отнюдь не всех, конечнео. А только, на их взгляд, подозрительных. Но без нелепых придирок, без каких-либо попыток придраться, а потом вымогать деньги за то, чтобы оставил в покое. Наверняка господин Бастрыкин гарантировал бы и американским гражданам всё вышеперечисленное. Но сомнения оставались бы в любом случае."
Во многих странах, если граждане всерьёз обеспокоены невозможностью идентификации собственных останков в случае авиакатастрофы, они могут проделать необходимые процедуры в частном порядке и передать свои анализы крови, зубные снимки, отпечатки пальцев и любые другие данные. Эти данные затем можно добровольно передать государству для облегчения соответствующих работ по идентификации. И большинство этих проблемы успешно решаются без вмешательства государства. Уж кто-кто, а наша страна на собственном опыте знает, что не задумываясь о последствиях, свободу отдать вроде бы легко. Но вот вернуть её – требует значительных усилий и очень много времени. Так что над предложениями вышеозначенных должностных лиц имеет смысл хорошенько подумать.
Елена Шуляк