Магнитский прервал перезагрузку отношений с США

Госдепартамент США ввел визовые ограничения в отношении 60 российских чиновников, имеющих отношение к "делу Сергея Магнитского". Ранее бюрократам и следователям, сгубившим бизнесмена, запретил въезд на свою территорию Евросоюз.

Как сообщила во вторник газета Washington Post со ссылкой на высокопоставленных представителей администрации, в "черный список" внесены около 60 фамилий. США стали первой страной, которая перешла от угроз к делу и ввела реальные ограничения в отношении чиновников, причастных к скандальному делу. По данным газеты, представители РФ заявляли, что введение "черного листа" непременно скажется на двусторонних отношениях РФ и США, и ударит по сотрудничеству в вопросах, касающихся Ирана, Северной Кореи и Ливии. Транзит грузов НАТО в Афганистан через территорию России также может быть поставлен под вопрос.

Напомним, ранее Евросоюз заявил, что запретит въезд на свою территорию 60 российским чиновникам, причастным к "делу Магнитского". Российских политиков решение Евросоюза задело за живое. Бывший спикер СФ Сергей Миронов заявил, что Россия может принять аналогичные меры: "Вы знаете, что обычно следует за такими решениями: приняты санкции в отношении чиновников - значит, и мы будем зеркально делать то же самое. Кому будет от этого хорошо?"

Как передает РИА Новости, законопроект о введении односторонних санкций США в отношении ряда российских официальных лиц, связанных с "делом Магнитского" был внесен в сенат в мае. Этот документ предусматривает запрет на въезд в США и замораживание финансовых активов в США для российских чиновников, "несущих ответственность за внесудебные убийства, пытки и иные грубые нарушения прав человека, совершенные в отношении лиц, стремившихся разоблачить незаконные действия, совершенные официальными лицами Российской Федерации, либо добиться, реализовать, защитить либо поддержать международное признанные права и свободы человека, такие как свобода религии, самовыражения, союзов и собраний, а также права на справедливый суд и демократические выборы".

Бизнесмены умирают в СИЗО

Юрист инвестфонда Hermitage Capital Management (HCM) Сергей Магнитский, обвинявшийся в уклонении от уплаты налогов с организации, скончался в московском СИЗО в ноябре 2009 года. По данным Генпрокуратуры, смерть Магнитского, которому было 37 лет, наступила от сердечнососудистой недостаточности.

Дело Магнитского не оказало особого влияния на российскую правовую систему. По-прежнему до суда не доживают сотни подозреваемых. Что особенно настораживает, многие из тех, кому следователи "вынесли смертный приговор" отказав в лечении - бизнесмены или "политические" узники. Как пишет писатель Иван Миронов, один из подозреваемых по делу о покушении на Анатолия Чубайса, который написал книгу, ставшую бестселлером, — "Замурованные" о СИЗО, в которых он провел два года: "Права и свободы человека и гражданина, а также достоинство личности утрачиваются с момента начала уголовного преследования".
 
В последнее время смерти в СИЗО участились. Причиной тому эксперты склонны считать плохое медицинское обслуживание и условия содержания. Так, арестантка московского СИЗО №1 “Матросская тишина” Вера Трифонова умерла 30 апреля 2010 года из-за отсутствия необходимой медицинской помощи. По заявлению адвоката Трифоновой, врачи “Матросской тишины” не оказывают экстренную медицинскую помощь его подзащитной, которая находится на грани жизни и смерти.
 
Вера Трифонова, обвиняемая в совершении экономического преступления (покушение на мошенничество), находилась в “Матросской тишине” с декабря 2009 года. У нее была тяжелая форма сахарного диабета, и работала только одна почка. По словам адвоката, за время пребывания в СИЗО состояние здоровья женщины резко ухудшилось: в легких начала скапливаться жидкость, но тюремные врачи смогли “помочь” лишь советом – они предложили арестантке "спать стоя". По требованию адвоката Трифонову все же перевели в 20-ю горбольницу. Там арестантка сразу попала в реанимацию. 14 апреля 2010 года врачи больницы подтвердили, что ей необходима регулярная очистка крови (гемодиализ) и специализированное лечение, которое невозможно в условиях СИЗО.
 
Уже несколько лет правозащитники и эксперты обсуждают возможность поручить здоровье заключенных независимым врачам, которые бы не подчинялись Федеральной службе исполнения наказаний. Как утверждают критики существующей системы, сейчас ФСИН и следователи могут шантажировать подозреваемых, требуя дать показания в обмен на медицинскую помощь.
 
С начала 2010 года в московских СИЗО умерло более 60 человек. В условиях заключения обостряются все хронические болезни, появляются новые, однако в медицинском управлении ФСИН России уверяют, что заключенные получают всю необходимую помощь. "Общий уровень смертности среди лиц, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы, почти в три раза меньше, чем в целом среди населения Российской Федерации", - указывают в управлении.
 
В Москве восемь следственных изоляторов, в каждом из которых есть медсанчасть. Если состояние здоровья подследственных ухудшается и врачи медсанчасти понимают, что требуется более квалифицированная помощь, то подследственных переводят в "Матросскую тишину", где есть больница на 706 коек и современное медицинское оборудование. Там работают 107 сотрудников, в том числе 40 врачей различных специальностей.
 
По словам адвокатов, "существует негласное указание не тормозить следственные и судебные действия и помогать следователям шантажировать подследственных их здоровьем, чтобы добиваться нужных показаний". К тому же, тюремные врачи считают больных заключенных симулянтами, отмечает адвокат Анна Ставицкая.
 
Освободить человека из-под стражи по состоянию здоровья медики рекомендуют в исключительных случаях, когда подследственный может умереть в больнице со дня на день. Так, Сергей Ткаченко, обвиняемого по экономическим статьям, освободили под залог лишь после того, как в тюрьме он перенес четыре инфаркта.
 
"Состояние тюремной медицины крайне неудовлетворительное, – констатирует руководитель правозащитной организации "За гражданские права" Андрей Бабушкин. – Врачей не хватает. На лечение одного зэка выделяется всего 300 рублей в год. Медикаменты от родственников принимают в ограниченном количестве. Врачи поставлены в зависимость от оперативных служб СИЗО. Нужно, чтобы их назначали через Минздравсоцразвития. Тогда они не будут зависеть от ФСИН".
 
Значительная ответственность за смерть задержанных лежит и на персонале СИЗО. Кроме отношения, которое не поддается никакому законодательному регулированию, работники СИЗО порой подрабатывают на наркотиках. Так летом от передозировки опиумом скончался задержанный, просидевший 8 месяцев, ожидая приговора.
 
У властей есть собственные идеи по разрешению столь печальной ситуации. Среди них – строительство новых СИЗО, перераспределение задержанных из переполненных в полупустующие изоляторы, допфинансирование и т.д. И ни слова о сроках пребывания, о которых столько говорили правозащитники. А ведь транзит задержанного уже предусматривает, что срок его пребывания в камере явно не ограничится 24-ю часами.