Поумнеют ли российские энергосети?

 

Интеллектуальная сеть (Smart Grid) – это форма электрической сети, использующая цифровые технологии. Между поставщиками и потребителями энергии налаживается двусторонняя цифровая коммуникация, что позволяет экономно распоряжаться энергией, снижать ее стоимость и увеличивать надежность сетей. Основное отличие интеллектуальной сети от обычной заключается в использовании так называемых интеллектуальных датчиков, объединенных в единую компьютеризированную сеть.

 

 

Идея двусторонней коммуникации между поставщиками и потребителями зародилась еще в «аналоговом веке», однако воплотить ее в жизнь удалось только с приходом современных цифровых технологий, позволяющих «переваривать» огромный массив информации. Предполагается, что интеллектуальная сеть поможет экономить энергию не только крупным предприятиям, но и рядовым потребителям. К примеру, цифровые технологии позволят включать энергоемкие приборы, такие как стиральные машины,  в те часы, когда стоимость энергии является наиболее низкой. Об этом говорят и в сро энергоаудиторов в Москве.

 

Первой компанией, внедрившей интеллектуальную сеть, была итальянская Enel S.p.A, занимающая  второе место в Европе по установленной мощности. Проект под названием Telegestore был осуществлен в 2005 году. Для этого итальянской компании потребовалось разработать  свои  собственные электронные датчики и программное обеспечение, а также осуществить своими силами системную интеграцию. В общей сложности проект объединил в сеть 27 миллионов датчиков. По подсчетам экономистов, проект, стоимостью 2,1 млрд евро, позволяет поставщикам и потребителям ежегодно экономить порядка 500 млн евро. В США интеллектуальные сети развернуты в городах Остин и Боулдер.

 

Несмотря на то, что сторонников развития интеллектуальных сетей сегодня большинство, аргументы противников заслуживают самого пристального внимания. Как и полагается, первыми в набат забили правозащитники. Для полноценного функционирования интеллектуальной сети необходимо предоставить доступ к большому объему персональных данных конкретных потребителей. Многие проекты интеллектуальных сетей предусматривают внедрение внутри домов датчиков жизненной активности для более эффективного управления потреблением энергии. «Позвольте, но это же вторжение в частную жизнь!» - возмущаются американские юристы.

 

Однако более существенен другой аргумент. Один из модных на Западе синонимов интеллектуальной сети - Интергрид (Intergrid), используемый по аналогии с Интернетом. Очевидно, что по мере развития интеллектуальных сетей, они будут сталкиваться с теми же проблемами безопасности, что и Интернет. Хакеры, взломавшие интеллектуальную сеть, могут получить доступ к объектам энергетики. Смахивает на сценарий голливудского фильма, однако угроза совершенно реальна.  В 2010 году вирус Stuxnet, паразитирующий на программном обеспечении компании Siemens, поразил промышленные объекты в Иране. Делались даже предположения, что вирус мог быть нацелен на АЭС в Бушере или на завод по обогащению урана в Натанзе.

 

Страны, в которых идет внедрение интеллектуальных сетей, уже сталкиваются с сопротивлением потребителей. Летом 2010 года власти австралийского штата Виктория были вынуждены ввести мораторий на продвижение собственного 4-летнего плана по внедрению 2,5 млн интеллектуальных датчиков в домах и на предприятиях малого бизнеса. Дело в том, что эффективность интеллектуальных сетей определяется так называемой «динамической ценой» на  электроэнергию – потребитель платит не фиксированную цену за киловатт час, а цену «на данный момент». Однако апологеты интеллектуальных сетей не учли интересы семей с малым доходом, которые не могут приобрести дорогостоящее «интеллектуальное» оборудование, а также  большую группу пенсионеров, картина потребления у которых не такая, как у среднестатистического работающего населения. 

Если СССР - это родина слонов, то  Россия, как известно, - родина инноваций. Власти с большим энтузиазмом обсуждают «тренды модернизации», однако до практики дело доходит не всегда. Примерно так сегодня обстоят дела и с интеллектуальными сетями. В феврале 2010 года премьер-министр РФ Владимир Путин отдал распоряжение председателю правления ОАО «Федеральная сетевая компания Единой энергетической системы» («ФСК ЕЭС») Олегу Бударгину «сконцентрироваться» на создании интеллектуальных сетей, отметив, что они позволят увеличить энергоэффективность экономики. Даже была озвучена огромная сумма инвестиций, направленных на эту программу - 519 млрд рублей. 

 

Ответное выступление главы ФСК ЕЭС было весьма эмоциональным. «Интеллектуальные сети, - отметил Бударгин, - это будущее Интернет-энергетики! Мы будем не просто видеть все и управлять всем. Это борьба с потерями, это энергоэффективность, это надежное электроснабжение. Мы уйдем от рисков!».  По данным чиновника, введение в России «умных сетей» позволит уменьшить потери электроэнергии на 25%, и ежегодно экономить более 50 млрд рублей.

 

Свои планы на интеллектуальные сети есть у бывшего главного энергетика страны Анатолия Чубайса. Глава РОСНАНО сообщил, что госкорпорация совместно с группой ОНЭКСИМ вложит более 1 млрд рублей в проект по созданию производства волоконно-оптических систем измерения тока и напряжения. Как полагают инноваторы, волоконно-оптические датчики откроют возможность создания в РФ интеллектуальных энергетических систем типа Smart Grid, позволят обеспечить необходимую в таких сетях точность измерений, а также возможность контролировать и управлять электрическими сетями в реальном режиме времени. Производство данных систем планируется развернуть в Москве, предполагаемый объем продаж в 2015 году составит около 2 млрд. рублей.

 

«Для России интеллектуальные сети - это совершенно инновационная область, - признает  гендиректор ОАО «Энергосбытовая компания Московской области» (ЭСКМО) Дмитрий Готлиб. – В отличие от Запада, у нас пока речь может идти о внедрении таких сетей на уровне промышленных потребителей. И перспективы здесь огромны, учитывая, что энергетика России очень энергоемка. Только при передаче энергии потребителю у нас  теряется порядка 10-15% электроэнергии, то есть в 2-3 раза больше, чем в Японии».

 

Получается, что экономический эффект от внедрения интеллектуальных сетей в России просто неизбежен. Однако главным инвестором здесь может выступать только государство, поскольку для «коммерческого» инвестора этот вид бизнеса выглядит слишком рискованным. А пока остается только следить за тем, как будут освоены выделенные государством миллиарды.  Есть шанс, что наши сети «поумнеют».

 

смотрите также